Письмо

«…Знаю — тебе тяжело. Быть может, твои соратники уже пали смертью храбрых, но ты — живи! Дома тебя наверняка ждут. Ждут и любят. И ради тех, кто любит тебя, ты должен жить. Живи, боец, живи! Я буду молиться о тебе…»