Чехов и мы, прости Господи…

Никто ему не верит, что родился он в XIX веке с девизом: «Даешь Кузькину мать!..» Как это сочетается с «интеллигентной» профессией, преклонением перед Чеховым и Эфросом, с любовью к умным книгам и классической музыке — не знает даже он… Какое-то объяснение можно, наверное, извлечь из того, что ему никогда не везло с тещами… Эту свою книгу считает первой пробой пера перед написанием следующей — «Дважды два четыре», которая получит самую-самую большую премию на конкурсе «Большая книга»… Книга содержит нецензурную брань.